«Эффект розовой вазы» — как полюбить «бесполезное» искусство

Когда мы говорим об искусстве, часто представляются галереи музеев с большими величественными полотнами или скульптурами мускулистых мужчин. Почему-то не приходят на ум, во всяком случае сразу, предметы декоративного творчества — канделябры, вазочки, подносы. И переходя из зала в зал, можно взглянуть на предметы за стеклом одним глазком, ничего даже не почувствовав. Знакомо?

Так было и у куратора искусства Возрождения Британского музея Люка Сайсона, который много лет посвятил творчеству величайшего художника Леонардо да Винчи. Он был убежден, что серьезные полотна способны на многое. Буквально их цель — вытащить человека из бренного мира в мир духовности, позволить ему видеть картину Вселенной, какой ее задумал сам Бог, помочь вознестись над обыденностью и лицезреть что-то более совершенное, чем все что нас окружает. Это было эталоном в его понимании.

Когда Люка Сайсона пригласили работать в Нью-Йорк в Метрополитен-музей куратором декоративно-прикладного искусства, он еще не знал, какие открытия его ждут. Эта должность должна была вернуть его к истокам, к тому с чего он начинал. Переговоры проходили сумбурно, и он дал свое согласие, толком не понимая, что его ждет. Досталась ему коллекция керамики.

По приезду в Нью-Йорк он решает осмотреться на своем новом месте. Начинает, конечно, с итальянского возрождения, привычного и близкого сердцу. Бродит между разными эпохами и чувствует себя несколько потерянным. И тут его взгляд, все еще затуманенный полотнами Леонардо, видит ЭТО — розовую вазу.

Первая мысль: «Что я наделал?». Никаких чувств, кроме отторжения этот экспонат не вызвал. Он казался ему чужеродными и дурацким. Но самое ужасное, что этих ваз было две. Попробовал не просто отплеваться, а проанализировать, что же именно ему так не понравилось, оказалось, что сделана она ужасно вульгарно, с таким количеством золота. К тому же это выглядело очень помпезно, а Леонардо да Винчи вообще был против использования золота. Это казалось Люку Сайсону крайне неприятным.

«Вдобавок, — говорит Люк, — повсюду были эти миленькие цветочки. И, наконец, этот дурацкий розовый. Совершенно искусственный цвет, который невозможно встретить в природе». Плюс ко всему у этой вазы была еще и подставка, нечто в оборках и блестках. Он сравнивает ее с пятым днем рождения его племянницы, когда все девочки одеваются в фей или принцесс. А кто-то даже умудряется быть феей-принцессой. Ваза напоминает куклу, одетую в костюм балерины. Мало того, на вазе еще и слоны со странными зловещими мордами, ресницами как у Греты Гарбо и золотыми бивнями. Это был кошмар по мотивам диснеевского мультика про слоненка Дамбо.

И пусть эти вазы изготовлены на Севрской фарворовой мануфактуре по дизайну некоего талантливого Жана-Клода Дюплесси, выражали они всю беспомощность французской аристократии 18 века. Глядя на такие экспонаты, говорит Люк, становится не удивительным, что случилась революция, более того, и слава богу. Если у человека была такая ваза, его судьба была предрешена. Это, конечно, шутка, но куратор еще долго стоял в оцепенении, однако согласился на эту работу и продолжил ходить и рассматривать вазы. Ему регулярно приходилось видеть их, и они его чем-то манили. Как когда смотришь на машины в автокатастрофах.

Стало интересно, что же может так притягивать в этом «ошибочном» искусстве. Во-первых, это был прекрасный образец дизайна. Это осознание пришло далеко не сразу. Подставка вазы была выполнена с невероятной легкостью, но была удивительно сбалансирована и имела скульптурные составляющие. Вазу нужно было как минимум раза 4 обжечь. А сколько раз она могла разбиться. К тому же их было две. То есть нужно было создать две идеально подходящие друг друг вазы. Что касается их бесполезности — оказалось, хоботы слонов были одновременно подсвечниками. Только представьте, как бы это выглядело в интерьере — на слегка неровном розовом, на красивом золоте, которое сверкает как маленький фейерверк. И с этой мыслью фейерверк случился в его сознании.

Ведь слово причудливый (fanciful), которое подходило к этой вазе, однокоренное со словом чудесный (fancy). Эта ваза была по-своему, как и полотна да Винчи, окном в другой мир, объектом воображения. Если вспомнить безумные оперы 18 века в декорациях Востока, представить все эти диваны, опиумные фантазии на тему розовых слонов, то у этой вазы начинает появляться смысл. Он в абстрагировании, к которому намеренно стремилась французская аристократия, чтобы отстраниться от обыденности. Сегодня все это отрицается, считается, что форма и назначение объекта должны обязательно зависеть друг от друга. Победа буржуазных ценностей над аристократией.

Как в 20 веке многие полагали, что религией надо заниматься в священный день отдохновения, а всем остальным — стиркой, уборкой, походом к зубному — в другие дни. Мы включаем фантазию по сигналу, перед телевизором или в зале кинотеатра. Исключаем для себя ту константу воображения, которую воплощали эти вазы. Это происходит повсюду в нашей повседневной жизни. Например, построенным невероятным зданиям в Лондоне, которые напоминают научную фантастику, с которых открываются потрясающие виды на город, люди дали клички «огурец», «осколок», «рация».

«И это подрубает на корню их стремление ввысь. Кажется, что мы отрицаем это, сопротивляемся, не хотим впустить волнительные творческие нотки в наши будни», — говорит Люк.

Вполне возможно, если мы попробуем не отстраняться от этого, не развешивать ярлыки «полезно — бесполезно», мы сможем открыть для себя много нового и интересного. Бродя по галереям музеев среди бесполезных на первый взгляд предметов искусства, вспомните о розовой вазе, включите ваше воображение и дайте шанс вам обоим. А если вы уже нашли свою «розовую вазу», поделитесь в комментариях, как это было.

Поделиться

6 Комментариев

  1. Мария
    21.12.2016 / 13:55

    Очень необычная статья, спасибо! У моего знакомого такой «розовой вазой» было Купание красного коня. Сколько споров!))

    • Anna
      21.12.2016 / 14:01

      Спасибо! Мне кажется, это интересный опыт))

  2. 21.12.2016 / 15:51

    Интересная история! Я в процессе обучения на дизайнера пережила похожие метаморфозы. Вот типа есть высокое искусство, а есть все остальное. Сейчас я вижу и утилитарность предмета, и его красоту. Я полюбила конструктивизм, слушаю музыку ради музыки.

    • Anna
      21.12.2016 / 20:18

      Здорово! Я еще только погружаюсь и ищу.

  3. 12.01.2017 / 09:35

    Очень интересная статья! О многом задумалась! Еще не нашла свою «розовую вазу», но вот эта возможность творить, выходить за рамки обыденности, делать что-то другое, мне очень нравится. Я живу музыкой, но выхожу за рамки классики, душу дрогают очень необычные вещи!

    • Anna
      15.01.2017 / 18:43

      Ольга, спасибо! Вообще, по-моему, находиться в постоянном поиске — это уже круто! И стирать границы, чтобы выходить на новые уровни, создавая себя, лучшего чем был вчера)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *